Главная | Рецензии | «Мертвец» Войти | Регистрация
Рецензия на фильм

Кадры из фильма




Блог





Голосование

Ваш любимый жанр…





Реклама

Вот, к примеру, Лечение пульпита тут. и, разумеется, Металлокерамика pslaska.kiev.ua/metallokeramika/ производства США. , вот. Но собственно говоря, всё.


«Мертвец»

Американский шедевр не для американской публики

Олег Korben, «КиноМания»

«Мертвец» (Dead Man)

Dead Man
Германия, США, Япония, 1995
Режиссер Джим Джармуш
В ролях Джонни Депп, Криспин Гловер, Гибби Хайенс, Джордж Дакворт



Никогда не путешествуйте с мертвецом. Вам, живым, с ним не по пути. Иначе вы разделите его участь. Но правило верно только для живых. Джим Джармуш своим фильмом приглашает нас в общество мертвых. Где мы уже, по большому счету, и находимся.

Уильям Блейк, скромный бухгалтер из Кливленда, вступил в него, когда отправился на Дикий Запад в отдаленный город Машина, где его где его должно было ждать место на одной из металлургических фабрик. Тем самым он подписывает себе приговор. Там, куда он едет, нельзя просто жить, здесь ты либо жив, либо мертв. Третьего не дано. Герою нет места среди живых, поэтому он отправляется в долгое путешествие в противоположную сторону. Картина представляет собой некую цепь перерождений героя, перехода его из одного состояния в другое, постепенного превращения из живого (но при этом очень слабого, неживого) в мертвого (подобно тому, как во время его железнодорожной поездки меняется публика, заполняющая вагон поезда). Уильям по закону рока попадает в тягучее пространство между жизнью и смертью. И приводит туда за собой целый ряд фигур: бывшую шлюху, а ныне продавщицу бумажных роз, сына хозяина метталургической фабрики, шерифа с его помощником, троих киллеров (пацана-негра, болтливого ковбоя с проблемами в детстве и каннибала), троих бродяг, промышляющих скромным грабежом, хозяина фактории, продающего индейцам зараженные одеяла, индейца по имени Экзебиче («Тот, кто говорит громко, не говорит ничего») и прозвищу Никто. Все они живые и для них верно правило, выбранное в качестве эпиграфа фильма. Последние из них — те, что наиболее близко стояли к черте между жизнью и смертью, бродили по этой границе, — в финале фильма погибают, резко переступив через нее. Мертвец же продолжает свое путешествие — естественное его состояние.

Вестерн, идеально стилизованный под черно-белое кино (Джармуш специально искал тот тип пленки, который дает не радикальный черно-белый экран, а оттенки серого, что придает картинке некоторую цветность), не соответствует канонам жанра. Несмотря на присутствие в картине всех его признаков (место действия, эпоха, действующие лица, сюжет) она находится за его рамками, представляя собой скорее поэтическое иносказательное рассуждение о метафизике смерти. Натянутая тишина саундтрека, заполненная гитарными рифами Нила Янга, завораживает, нагоняет напряжение сильнее, чем редкие выстрелы. В картине все идеально пригнано, она течет подобно стихам самого Уильяма Блейка, тезки главного героя. Джонни Депп — актер с маской вместо лица — прекрасно передает перерождение героя от женоподобного юноши, вздрыгивающего при каждом выстреле, к мертвецу, по воле судьбы путешествующему туда, «где небеса встречаются с морем». Невозмутимая операторская работа, отличный монтаж так точно передают атмосферу западно-американского Аида, динамику течения времени в этом царстве мертвых, что поневоле начинаешь жить по его законам с затаенным дыханием, медленной походкой, безсмысленными поэтическими фразами. Сценарий самого Джима Джармуша (кстати, одного из многочисленных «учителей» Тарантино) отличается редкой скупостью на диалоги, которые настолько самодостаточны, что каждый мог бы дать начало новому фильму классом пониже. Порой за людей просто говорит картинка и музыка.

Джармуш — своеобразный «американский» Вендерс, ассистентом которого он был при съемках картины «Lightning Over Water» в 1980 году. Ему очень близки метафизические, иносказательные работы этого германского режиссера. Скупая манера съемки, подбор актеров — все это должно уводить зрителя не в экранное действие, а внутрь себя. Такова идея Джармуша — снимая фильм, он вызывает своего зрителя на внутренний спор, одной из сторон которого является сам режиссер, скрыто представленный своим произведением.

Слияние всего этого привело к порождению своеобразного шедевра, рассчитанного явно не на американскую публику. Фильм никак не был отмечен у себя на родине, зато в Европе получил «Феликса» в качестве лучшей неевропейской картины.