Главная | Рецензии | «Отверженные» Войти | Регистрация
Рецензия на фильм

Кадры из фильма




Блог





Голосование

Ваш любимый жанр…





Реклама

Вот, к примеру, , но, с другой стороны, собственно говоря, всё.


«Отверженные»

Даже бандиты иногда грустят

Максим Эйдис, «Фильм.Ру»

«Отверженные» (Fong juk)

Fong juk
Гонконг, 2006
Режиссер Джонни То
В ролях Энтони Вонг Чау-Санг, Фрэнсис Нг, Саймон Ям, Ник Чун, Ричи Рен



Когда-то Во (Ник Чун) и его друг Тай (Фрэнсис Нг) попытались убить босса Фэя (Саймон Ям), руководителя одной из бандитских группировок Макао. План не выгорел — Во пришлось бежать за границу, а Таю — в одиночку расхлебывать последствия неудавшегося покушения. Понятно, что Фэй не забыл и не простил беглеца, а потому когда Во, вместе с женой и новорожденным ребенком, вернулся в город, его уже ждали у подъезда двое неразговорчивых ребят, в плащах и с пистолетами. Впрочем, ждали его не двое, а четверо: ведь Тай и его товарищ по кличке Кот решили защитить Во и его семью во что бы то ни стало. Ирония бандитской судьбы в том, что все перечисленные — друзья детства, которые когда-то вместе учились в школе, а потом пошли в услужение триадам. Никто из них не хочет ни умирать, ни убивать: именно поэтому, после короткой, но эффектной перестрелки, противники спокойно садятся за общий стол — передохнуть, поесть, а заодно и о делах своих скорбных покалякать.

Встреча старых друзей происходит в конце 98-го — в ночь перед судьбоносной передачей Макао под юрисдикцию Китайской Народной Республики. Хотя лучший режиссер Гонконга Джонни То («Выборы», «Выборы 2») особо не акцентирует внимание на политике, но ощущение конца прекрасной эпохи и страх перед новой — довольно-таки унылой — реальностью, в «Отверженных» и без того хорошо просматриваются. Полицейский, которому остаются считанные часы до пенсии, а потому нет смысла влезать в разборки между бандитами. Почти бесхозная теперь тонна золота, которую успели наворовать местные коррумпированные чиновники. Монетка, с помощью которой герои решают свою судьбу — просто потому, что им самим уже все равно. Даже нечеловечески прекрасный пролог, снятый и разыгранный в пафосной стилистике спагетти-вестернов, к середине фильма сменяется нарочито безыскусной загородной съемкой, где те же перестрелки выглядят немного смешно, не слишком красиво, и уж совсем не так поэтично. Джонни То знает, о чем говорит: примерно в то же время был передан Китаю и его родной Гонконг, и чувства режиссера легко поймет каждый, кто когда-нибудь сравнивал фотографию его ночных улиц с видами континентальной провинции.

Впрочем, «Отверженные» сняты вовсе не для того, чтобы поныть о добрых старых временах. Джонни То попросту перемещает историю о долге, мужской дружбе и бандитской чести в то время, где ей и положено быть — в ревущие 90-е, когда в Гонконге еще снимались фильмы жанра «героической бойни» (нечто вроде «Бригады», только красиво), а по всему миру гремела слава Джона Ву, Цуи Харка и Ринго Лама. Фанаты гонконгского кино познакомились с Джонни То еще тогда: его сентиментальный боевик «Герой никогда не умирает», сказку «Героическое трио» и гангстерскую «Миссию» (в которой, кстати, снялись те же актеры, что и в «Отверженных») в конце девяностых видел каждый уважающий себя киноман даже в России.

За прошедшее десятилетие изменились не только носители информации, но и сам Джонни То — теперь его криминальные драмы не только берут главные призы национальных фестивалей, но и показываются в Канне и Венеции. Собственно, именно из-за всемирной шумихи фильмы модного режиссера добрались, наконец, и до российских экранов. Жаль, что показывают такую красоту в небольших кинозалах, рассчитанных на фестивальных снобов и искушенных ценителей артхауса, искренне недоумевающих, почему им показывают какое-то скучное кино про китайских бандитов. Меж тем, в боевиках Джонни То нет ничего сложного и лучше было бы начинать знакомство с режиссером именно с них, например, с тех же «Отверженных»: трудно найти что-нибудь более созвучное новой русской душе, чем песнь об умирающих за высокие идеалы бандитах, одинокой женщине с ребенком на руках и сумке с золотом, которую, как обычно, уносит с поля боя шлюха.